- Я ради дочки не развожусь, - брат калечит психику своего ребенка и отказывается это понимать

Когда мой брат Леша много лет назад сказал, что у него появилась девушка, я обрадовалась. Ему давно пора было семью создавать.
 
- Но у нее есть ребенок, - сказал Леша. – Там мальчик, зовут его Стас. Ему 9 лет.
 
Эта информация меня тоже не смутила. Кстати, наша мама точно так же спокойно к этой новости отнеслась. Всякое же в жизни бывает.

Но наше мнение резко изменилось, когда к нам пришла в гости эта самая Элла со своим сыном. Я такого не видела никогда вообще.

Стас вел себя вызывающе. К моей дочке он подошел, ударил ее просто так несколько раз. А потом он попытался ее полотенцем душить!

Я еле успела разнять детей. А Элла только посмеялась, сказала, что ее сын так играет. Но это слабо на игру походило.
 
- Ты не поняла просто Стаса, - сказал Леша потом. – Он такой активный и шустрый, ему энергию порой некуда девать. Я его на спорт отдам, он сразу же поменяется после этого.
 
Мы с мамой понимали, что у Стаса проблемы с психикой. Это было очевидно. Элла же сама рассказывала, как учителя на него жалуются, как ее сын на переменах с детьми «играет».
 
- Сынок, там у ребенка не так что-то с головой, - предостерегала Лешу мама.
 
Стас учился плохо, не слушал взрослых вообще, уроки отказывался делать. Но моему брату все равно было. Он считал, что он справится с таким пасынком.
 
Через полгода после свадьбы Леша понял, что и к чему там. Но было поздно что-то менять, потому что Элла была уже беременна.

Родила невестка девочку. И с тех пор уже брат даже не думал в сторону развода. Ему важно было растить своего ребенка.

Стас тем временем давал жару. Он уроки в школе срывал, в спортивной секции детей гонял и бил. И никто с ним не смог ничего сделать.
 
- Ты бы к врачу его сводил, - говорили мы с мамой Леше.
 
Брат отнекивался какое-то время, но потом все же к специалистам им с Эллой пришлось обращаться, потому что преподаватели уже стали настаивать на этом.
 
- Нет там никакого диагноза, - говорили потом брат и невестка.
 
Но это было враньем откровенным. Там и без врачей было понятно, что диагноз есть, что он серьезный. Не может ребенок, который нормальный, так себя вести, даже если его воспитанием никто не занимался.
 
Потом подросла дочка брата. У Насти тоже были какие-то неприятные особенности, но только ее поведение не казалось совсем уже неадекватным. Сначала было ощущение, что ею никто не занимается, что она сама себе предоставлена.

Но со временем и Настя стала показывать все признаки отклонений. В 4 года она очень слабо говорила, разобрать что-либо там нельзя было.
 
- Ты бы к логопеду ее сводил, к неврологу, - говорила я Леше. – Пусть бы врачи занялись ребенком, а то потом будет труднее что-то исправить.
 

Но брат эти советы мимо ушей пропускал. Он не занимался Настей, как этого не делала его жена.
 
Сейчас Стас уже взрослый, школу окончил, правда, аттестат не получил. Ему справку выдали вместо него, потому что он не успевал совсем.
Его теперь военкомат ищет, но пока что безуспешно. Сбежал он куда-то, как мне Леша рассказывал.
 
- Ты о разводе не думаешь? - спросила я у брата. – Твоя же жена тоже с приветом нормальным таким. Одно то, что она детьми не занимается, о многом говорит. Тебе она не надоела? Ты же вечно вздернутый ходишь! Пора что-то менять. В таком режиме ты долго не выдержишь.
 
Леша сначала говорил, что ценит семью, что не хочет оставаться один. Но с некоторых пор он стал признавать то, что в браке он несчастен, что он хотел бы разойтись с женой.
 
- Я ради дочки не развожусь, - потом добавил он. – Не могу же я забрать Настю от матери.
 
Но Элла же только вредит ребенку. Она не занимается развитием Насти, не призывает ее учиться. И куда это годится? Насте с такой мамой только хуже будет.
 
- Ты бы дочку мог забрать, сам бы ей занимался, - сказала я.
 
Но и это вариант Леша не рассматривает. Я это четко поняла недавно. Леша не собирается на себя брать ответственность, потому что его все устраивает. Не любит он напрягаться, как жизнь показала.

Я больше брату не говорю ничего. Я лишь попросила его сделать так, чтобы я не видела его жену и дочь. Не хочу я с ними общаться, потому что от них только вред один и нервы сплошные.