— Сделай дубликат ключей для моей мамы, — попросил жених в день нашего бракосочетания

Я работаю инженером-сметчиком и живу в собственной двушке. Ипотеку закрыла задолго до знакомства с Игорем. Он трудится в компании и пока живет у матери. За день до росписи он спокойно сказал:

— Сделай дубликат для мамы, пусть один комплект ключей лежит у нее.

Я замерла с заколкой в руке.

— Для чего?

— Если мы уедем или кран потечет.

— Я сама справляюсь. Соседка присмотрит.

— Мама уже ждет, я пообещал.

— Ты пообещал, не спросив меня?

— Не начинай, она не чужая. После росписи завезу ей ключ.

Я поняла, что мое «против» для него пустой звук. В ту минуту мне стало обидно не из-за связки металла, а из-за уверенности, с какой он распоряжался чужим жильем.

Утром позвонила риелтору Светлане. Ее клиенты искали жилье. К обеду мы подписали бумаги: моя квартира теперь занята жильцами, а я сняла однушку на другой улице. Вещи Игоря отвезла туда же. Светлана предупредила, что договор на год, и я согласилась. Она добавила, что жильцы аккуратные и с животными хлопот не будет.

Игорь приехал на регистрацию в хорошем настроении. В загсе его мать сразу спросила про ключ. Я ответила, что не отдам. Людмила Петровна поджала губы. Праздничная суета шла мимо меня, будто я наблюдала за чужим торжеством.

После росписи он назвал водителю мою старую улицу. Я поправила:

— На Речную, девять.

— Зачем?

— Переодеться, твои вещи там.

— Почему они там?

— Потому что свою квартиру я сдала. Мы будем снимать другую, аренда тридцать восемь тысяч, платим пополам.

— Ты это сделала прямо в день росписи?

— Ты решил, что мое мнение можно обойти, я решила иначе.

Он позвонил матери, та кричала в трубку. В квартире Игорь увидел чемоданы и коробки. Сказал, что я его унизила. Я предложила выбор: жить здесь и договариваться или ехать к матери. Он уехал.

Позже Людмила Петровна набрала меня и заявила, что я выгнала сына из дома. Я напомнила, что дом был моим до знакомства с Игорем. Она бросила трубку.

Через четыре месяца мы развелись. Общих долгов и покупок не осталось. Жильцы уехали через год, я вернулась в двушку и поменяла замок. Не от страха, просто не хотела думать, сколько копий он мог сделать.

Теперь один ключ у меня, второй в закрытом пакете у родителей. Больше ни у кого доступа нет. Развод оказался бумажной формальностью, куда тяжелее было вернуть себе право на собственные решения.