– Я еще сама ребенок! – ответила жена, когда я завел разговор о детях

Моя жизнь за последние пять лет стала похожа на яркий, но бессмысленный калейдоскоп. Все началось с Леры. Ее хрупкость, лучезарная улыбка и глаза, на заре нашего романа, казались мне величайшим чудом. Я, приземленный технарь, был ослеплен этой неземной красотой. Просыпаться рядом с ней каждое утро было счастьем, в реальность которого я поначалу отказывался верить. 

— Артемчик, а можно кофе? — слышал я утром сонный шепот. 

И уже мчался на кухню, чтобы выполнить маленькое желание своей принцессы. 

Но сказка имеет свойство заканчиваться. Постепенно я начал замечать, что за изящной оболочкой скрывается пустота, которую Лера старательно заполняла блестками из социальных сетей. Наши приоритеты оказались полярными. Ее мир вращался вокруг новых вещей, бьюти-процедур и впечатлений для фото. 

Как-то раз я осторожно поинтересовался: 

— Лер, а с карьерой как? Вроде диплом пылится без дела. 

— Ой, не сейчас, — отмахнулась она. — Сейчас такой поток вдохновения, я шью стильные сумки для подруг! 

Этим «творчеством» была занята одна из комнат, превращенная в хаотичный склад тканей. Готовкой Лера гнушалась, называя ее «рабством у плиты». Мы жили на доставке еды, что сильно било по бюджету. Бытовые хлопоты тоже ложились на мои плечи. 

— Ты же видишь, у меня руки для другого, — говорила она, демонстрируя идеальный маникюр. 

Мысли о детях вызывали у нее панику. 

— Я еще сама ребенок! — заявляла она, и в этом была жестокая правда. 

Ее тридцатилетие стало переломным моментом. На пышном празднике в дорогом ресторане она выглядела, как сошедшая с обложки кукла. Но восторженные взгляды гостей смешивались с недоумением. Я ловил их мысли: женщина в ее годы продолжает играть в юную беззаботную девочку. 

В ту ночь я долго не мог уснуть. Я понял: я не муж, я — спонсор и обслуживающий персонал для вечного ребенка. Мне нужен был партнер, а не живая красивая картинка. 

— Нам нужно серьезно поговорить, — сказал я на следующее утро. 

— О поездке на море? — ее глаза сразу засияли. 

— Нет. О нас. Я устал быть твоим папой, который решает все проблемы. Я хочу семью, а не односторонние усилия. 

Она, конечно, надула губки, но я был непреклонен. 

— Я нашел семейного психолога. Я уже сходил на консультацию. Он готов помочь нам услышать друг друга. 

К моему удивлению, Лера не стала скандалить. Она согласилась. 

Специалист, с которым я предварительно беседовал, предупредил, что процесс будет долгим. 

— Ей придется переродиться, — сказал он. — Ее инфантилизм — следствие воспитания, где ценилась только внешность. Вам потребуется бездна терпения. 

Я был готов бороться за наши отношения. Но судьба преподнесла фарс, до которого я бы не додумался. Через несколько месяцев терапии психолог… влюбился в мою жену. Он, призванный спасти наш брак, сам стал причиной его краха. Он увидел в Лере не проблему, а ту самую «хрупкую жертву», которую нужно спасать, и увел ее. 

Год я приходил в себя после этого абсурда. А потом встретил Олю, свою коллегу. Она не стремилась выглядеть как кукла, ее красота была спокойной и настоящей. Теперь я возвращаюсь в дом, где пахнет вкусным ужином, где меня ждут не с перечнем желаний, а с искренней улыбкой. 

Психолог все же помог мне обрести счастье. Правда, самым неожиданным образом. А Лера… Лера просто нашла нового «спасителя».