Зачем вводят лимит на внесение наличных через банкоматы?

Росфинмониторинг объяснил, почему с 2026 года вводится ограничение в 1 млн рублей в месяц на внесение наличных через банкоматы. По словам ведомства, мера направлена на борьбу с распространёнными схемами легализации доходов, когда крупные суммы наличности вносятся на счета подставных лиц, переводятся в безналичную форму и выводятся как «чистые» деньги.

Использование банкоматов упрощает такие операции, поскольку не требует контакта с сотрудником банка. Лимит должен усложнить работу подобных схем и сократить долю анонимных расчётов.

Финансы Mail разбирались, сколько денег удастся вывести из теневого сектора экономики таким образом, кто выиграет от «обеления» и как власти думают бороться с появлением новых схем по легализации наличных.

Масштаб проблемы

По данным Росфинмониторинга, только в 2023 году в ходе ликвидации теневых площадок выявлено операций примерно на 28 млрд рублей. Однако общий объём отмывания доходов, по оценкам экспертов, достигает 1,5-2 трлн рублей в год – около 1-1,2% ВВП. Эти суммы включают не только операции через банкоматы, но и корпоративные схемы, фиктивные договоры, зарубежные переводы и цифровые инструменты.

На фоне федерального бюджета, доходы которого в 2025 году превышают 40 трлн рублей, даже десятки миллиардов выглядят незначительными. Эксперты отмечают, что основной эффект от ограничений будет косвенным – через рост налоговой базы и снижение теневых оборотов в отдельных секторах.

Возможный эффект для бюджета

Если предположить, что 10-20% операций, попадающих под ограничение, перейдут в легальный сектор, это может дать 2,8-5,6 млрд рублей «обелённых» средств. При ставке НДФЛ 13% прямые дополнительные поступления составят 360-730 млн рублей. С учётом косвенных налогов итоговый эффект может достигать нескольких миллиардов рублей в год – доли процента от доходов бюджета.

Более оптимистичный сценарий – переход 15-25% наличных потоков в официальный оборот. Тогда в легальный сектор может выйти 4-7 млрд рублей, а совокупный налоговый эффект – до нескольких десятков миллиардов рублей. Но даже это останется менее 1% доходов бюджета.

Что останется в тени

Крупные схемы легализации доходов используют другие инструменты: корпоративные счета, цепочки юрлиц, трансграничные переводы, криптовалютные платформы. На них приходится до 70–80% всего объёма отмывания. Лимит на внесение наличных через банкоматы практически не затрагивает этот сегмент.
Теневой рынок также способен адаптироваться: использовать кассы юрлиц и ИП, покупать активы за наличные с последующей перепродажей, распределять суммы между множеством физических лиц, переходить на криптовалютные обменники и P2P‑платформы.

По оценке экспертов, ограничение затронет в основном мелкие схемы и может вывести в легальный оборот 3-5% теневых потоков в первый год.
«Теневой сектор России – 10-12% ВВП (около 15−18 трлн руб. по ВВП 2025 г.), из них на отмывание через наличные приходится 1-2% ВВП (1,5-3 трлн руб.). Лимит затронет малые схемы (физлица-«пылесосы»), вынудив 15-25% таких потоков (225-750 млрд руб.) уйти в легал через кассы, зарплаты, ИП. Но крупные игроки (коррупция, ОПГ) используют корпоративные счета, крипту, зарубежье – их объем (70-80%) останется нетронутым. Прогнозируемый итог: переход 3−5% теневого оборота в легальный сектор в первый год», – полагает Валентина Куделина из ООО «Центр правосудия».

Что будет дальше

Сам по себе лимит не способен радикально изменить ситуацию. Для устойчивого эффекта потребуется усиление контроля за крупными операциями, расширение обмена данными между ведомствами и развитие цифровых инструментов анализа транзакций. 

Главный результат меры – постепенное сокращение доли наличных операций и повышение прозрачности финансовых потоков. Насколько значительным окажется итоговый эффект, будет зависеть от того, станет ли ограничение частью более широкой стратегии по снижению теневого оборота.