Сестра поставила меня перед фактом, что дача будет продана, хоть формально хозяйкой ее являюсь я

- А ты не забыла, что дача мне принадлежит? – спросила я Надю. – Тебе придется получить мое согласие на продажу этого дома. Иначе ты просто не сможешь совершить сделку.

- Я не собираюсь тебя уговаривать, - ответила сестра. – У нас все общее. Мама, когда оставляла наследство, так и сказала.

Я никогда не думала, что Надя так нагло себя будет вести. Раньше мы с ней были дружны. Мне казалось, что никаких разногласий у нас не будет.

Мама оставила в наследство квартиру и дачу. Все это она переписала на меня. Но она говорила мне и Наде, что у нас все общее, что мы должны быть друг для друга опорой и поддержкой.

Я жила в квартире, сестра приходила ко мне в гости. На эту жилплощадь она не претендовала. А дачей Надя активно пользовалась. Там она сажала огород, выращивала сад.

Я ни на что не претендовала из урожая. Только если Надя сама меня чем-то угощала, я брала это. А так я на даче бывала только летом в выходные, ели других планов у меня не было. Сестра же там проводила все лето, а еще конец весны и начало осени.

Я приезжала, лежала на шезлонге, читала книги. Внимания к себе я не привлекала, старалась не мешать сестре и ее мужу Давиду заниматься тем, что они запланировали. И если взрослые дети сестры собирались на даче, я не ехала туда, чтобы молодые могли нормально отдохнуть.

Сестра с мужем и детьми была на даче. Они уже после зимы стали что-то делать на участке.

- Привет, - поздоровалась Надя. – Как добралась? Будешь с нами борщ есть?

Я согласилась пообедать с родственниками. Мы мило пообщались, обсудили последние новости. Потом я помогла Наде помыть посуду и пошла гулять по участку.
В один момент я услышала разговор Нади и Давида. Они говорили обо мне, поэтому я прислушалась.

- Сколько она здесь ошиваться будет? – спросил Давид. – У нас свои дела и планы есть!

- А ты с ней говорила уже? Сколько мне еще терпеть?

- Подожди месяц, - сказала Надя. – И ее тут больше не будет.

Меня насторожил этот разговор. Но я не стала показывать, что я что-то слышала, потому что не хотела портить себе настроение.

Через несколько недель я все же решила поговорить с сестрой, спросить у нее, что не так. Но только Надя и Давид сами проявили инициативу.

Родственники пришли ко мне домой субботним утром. И они сразу же сказали, что хотят обсудить со мной кое-что.

- Но дачу мы не собирались продавать, - ответила я. – Формально она принадлежит мне, поэтому тебе нужно было изначально со мной посоветоваться. Мама хоть и оформила все на меня, но сказала, что и квартира, и дача общие.

- Все уже решено. Мы взяли задаток с покупателей. Деньги с продажи дачи я заберу себе. Мы же столько времени ею занимались!

После этого сестра с мужем ушла. Я же осталась в растерянности. Я решила познакомиться с покупателями, поэтому в следующие выходные отправилась на дачу.
Каким же было мое удивление, когда я там застала сестру и ее мужа. А еще с ними были их дети. Все веселились, радовались.

- Что вы тут делаете? Вы же сказали, что дачу продали.

Я поняла, что сестру заела зависть. Я никогда не запрещала ей пользоваться дачей, но тут мое терпение закончилось.

- Уезжайте немедленно, - сказала я. – Раз такое дело, то будем формальностями руководствоваться. Больше я не позволю никому из вас пользоваться моей дачей.

Надя еще долго возмущалась, ругалась со мной. Ее муж и дети тоже не отставали. В итоге родственникам пришлось покинуть дачу.

Я понимаю, что семью потеряла. Но лучше так, чем когда тобой пользуются, а за глаза унижают.