image

Уходя – уходи: почему братья Бухманы не могли остаться в Вологде

icon 10:36
icon2 486 просмотров
Уходя – уходи: почему братья Бухманы не могли остаться в Вологде

Портал «Вологда-поиск» уже сообщал о появлении в видеохостинге YouTube очередного выпуска авторской программы Леонида Парфенова «Парфенон». На сей раз популярный тележурналист ближе познакомил зрителей с двумя самыми богатыми вологжанами всех времен – братьями Игорем и Дмитрием Бухманами (совместный капитал братьев оценивается астрономической суммой, приближающейся к 3 миллиардам долларов).

Отдадим должное профессиональной хватке Леонида Парфенова, сумевшего устроить допрос с пристрастием двум самым таинственным представителям нового поколения российской олигархии. Но справедливости ради заметим, что передача оказалась не столько биографической, сколько аналитической. И история успеха братьев Бухманов выглядит лишь поводом для разговора на более широкую тему: почему многие умные, предприимчивые, креативные люди не находят себя в нашей Вологде? Почему вековая пословица «Где родился, там и пригодился» все чаще воспринимается с точностью до наоборот: «Где родился, там не пригодился»?

Попытка объяснить отъезд Бухманов конфликтом вокруг земельного участка, где был построен вологодский офис принадлежащей братьям компании Playrix - явное упрощение проблемы. Даже если бы вопрос с участком был решен беспрепятственно, не потребовав от Бухманов повторной оплаты этого клочка земли, они бы все равно уехали - это аксиома, не требующая доказательств.

И дело даже не в том, что Вологда слишком мала для такого гигантского проекта. Город Дублин, куда перебрались молодые вологодские магнаты – тоже, прямо скажем, не столица мира: чуть больше миллиона жителей, если считать вместе с пригородами. В бизнесе, который создали Бухманы, география играет вторичную роль. По сути, они могли бы построить свою штаб-квартиру в любой деревне, где есть Интернет, дистанционно руководя отсюда филиалами по всему миру.

Тогда что – слишком скудный интеллектуальный потенциал населения Вологды? Сами Бухманы в передаче Парфенова категорически отвергли подобную оценку: они убеждены, что светлых голов на душу населения в нашем городе ничуть не меньше, чем в чванливой Москве, да и в любом из пятнадцати городов мира, где действуют филиалы Playrix. Не случайно, безвозвратно покинув Вологду, братья сохранили здесь самое многолюдное подразделение своей империи компьютерных игр: на данный момент времени численность сотрудников вологодского филиала превышает 160 человек.

Я уверен, что причины надо искать не в космополитической ментальности самих Бухманов и не в уровне IQ вологжан, а в организации системы управления в нашем дивном городе. Именно эта система, востребующая определенный тип людей, выдавливает отсюда все живое, независимое, неординарное.

Мне трудно судить о той отрасли, которую представляют Бухманы, но я прекрасно осведомлен о положении дел, например, на своем родном профессиональном поприще – в журналистике. И в этой сфере деятельности масштабы бегства истинных профи просто катастрофичны. Журналисты старшего и среднего поколений, умеющие думать самостоятельно, а не только воровать чужие мысли, исчезают из Вологды, как сон, как утренний туман. Причем многие из них по своему вкладу в развитие вологодской демократической прессы заслуживали если не Пантеона, то отдельного выпуска «Парфенона» как минимум. Владимир Панцырев, Ирек Муртазин, Клим Файнберг, Татьяна Гаранина, Марина Маевская, Алена Владимирская, Роман Романенко, Юлия Арсеньева, Александр Молчанов, Алексей Завьялов – за каждым из этих имен своя история успеха, пусть и не столь ошеломительная, как у братьев Бухманов. И где они, все эти люди? Почему они не прижились в Вологде и стали «унесенными ветром» самых разных направлений (преимущественно в сторону Москвы и Питера)?

Этот ответ только кажется трансцендентальным, то бишь не имеющим рационального ответа. Ответ есть, и он, простите за каламбур, не может не есть.

Что делать журналисту в городе, который стал настоящим кладбищем независимых изданий? Их столько, что я не ставлю перед собой задачу вспомнить даже половину, ограничившись лишь несколькими громкими именами, названными вразнобой: «Русский Север», «Наш регион», «Газета 35», «Цифры и факты», «Губерния», «Коммунальная газета», «Вологодский комсомолец», «Наша Вологда». Оставшиеся в живых чаще всего не тонут по известному принципу: надо же что-то постелить в мусорное ведро.

Что делать журналисту в городе, где средства из хронически дефицитного бюджета идут не на формирование конкурентной информационной среды, стимулирующей прогресс, а бессовестно и безответственно растаскиваются на содержание каких-то странноватых «порталов» и рвущиеся в поднебесье зарплаты косноязычных «пресс-атташе»?

Что делать журналисту в городе, где руководство информационной политикой осуществляют люди, неразрывными родственными узами связанные с конкретными СМИ и щедро кормящие их бюджетными деньгами? В ином месте за такие шалости можно было бы потерять не только свое «хлебное» место работы, но и свободу, а в Вологде «ноу проблем».

Так что не от холодного климата уехали братья Бухманы (Дублин тоже не в Африке находится) и не от той человеческой среды, которая их окружала в Вологде, а от почти физического ощущения несправедливости и несвободы, от триумфа сиятельных ничтожеств, водружающих свои зады в руководящие кресла.

Думаю, череповчанин Леонид Парфенов прекрасно знал об этом. Но то ли постеснялся сказать вслух, то ли суровая правда не нужна была спонсорам передачи, производящим элитный алкоголь? Нет ответа…