О женщинах, которые смогли стать мамами чужим детям

добрая новость
icon 00:20
icon 625 просмотров
О женщинах, которые смогли стать мамами чужим детям

 

25 ноября - день матери. Практика показывает: приемный ребенок не всегда становится родным для опекуна. И многие не решаются принять сироту, опасаясь именно такого исхода.  О женщинах, которые смогли стать мамами чужим детям и у которых это так и не получилось, рассказал своим читателям городской еженедельник «Наша Вологда».


В Вологодской области на содержание каждого ребенка опекун получает  10 105 рублей. Приемной маме положена и зарплата: от 4798 до 7997 рублей. Ее размер зависит от количества взятых детей, их возраста и состояния  здоровья. 


«Я разбила о его голову кулаки…»

37-летняя Анна (имя изменено) похоронила родную сестру. Покойная сильно пила, в последнее время перешла на бомики, и организм не выдержал перегрузки: прободение язвы, перитонит, панкреатит. Ее старший сын-подросток умер от наркотиков еще раньше матери, а вот младший, шестилетний Коля (имя изменено), был очень милым смышленым ребенком. Первые шесть лет своей жизни мальчик провел с мамой-алкоголичкой, и та умерла в муках в постели, малыш при этом спал вместе с ней. Полночи он провел в кровати с трупом мамы. 

Анна не колебалась и быстро решила судьбу ребенка: оформила опеку. С мужем она давно развелась, жила с двумя собаками в однушке. Двухкомнатную квартиру племянника Анна намеревалась оплачивать из своих денег, а «сиротские» решила «не трогать» и копить их Коле на совершеннолетие. Благо, ее доход все это позволял.

На этом радужная часть истории заканчивается. Анна с первого же дня возненавидела племянника. Каждый день она приходила к одной из коллег и с упоением и каким-то сладострастием показывала синие костяшки кулаков. Она рассказывала, как бьет Колю кулаками и головой об стену, шипела: 

– О, как он меня раздражает! Ненавижу! Он весь в свою мать!


662 приемные семьи живут в Вологде и 2725 - в целом по региону. 


Временами Анна брала себя в руки, мирилась с мальчиком и своей неприязнью к нему. Водила в театр, в гости к подругам, покупала наряды к школе. Каждый раз знакомые вздыхали с надеждой: мол, вот сейчас все наладится. Но дальше становилось все хуже. Анна, рассказывая о Коле, сжимала зубы от злости, снова с ненавистью шипела. 

Вмешиваться в это никто не хотел, все боялись портить отношения с Анной. Коллеги понимали: на ребенке она вымещала свою женскую неустроенность, отсутствие настоящих друзей, просто злобу ко всему миру. На что-то надеялись. Но, по большому счету, у всех были свои заботы, проблемы, и людям было не до бед чужого ребенка. 

– В конце концов, она же – его родная тетка, самоуспокоенно решили окружающие и не вмешивались.

Коля сначала протестовал в стенах дома: воровал деньги у Анны, топтал ее стеклянные ампулы для уколов, пинал собак. Плакал. Пожаловаться в органы опеки мальчик не догадался и просто сбежал из дома – поселился в подвале одной многоэтажки. 

Поначалу его подкармливали одноклассницы, носили ему еду – ведь из школы он тоже ушел. Но злоба и обида требовали выхода, и семиклассник-сирота начал терроризировать детей помладше. Подкарауливал их на выходе из школы, во дворах. Отбирал деньги, даже под угрозой ножа заставлял таскать из дома ювелирные изделия. Дети боялись и выполняли требования Николая. Но однажды все закончилось: мать одного ребенка обнаружила пропажу золотой цепочки и заявила  в милицию. Колю поймали, судили и отправили на несколько лет в колонию для несовершеннолетних. 

Анна написала заявление в прокуратуру с просьбой снять с нее опекунство. Выяснилось, что она накопила долг по Колиной квартире – более 80 тысяч рублей. В колонию Анна ни разу не ездила, слышать о Коле больше не хотела. 

«Я приобрела четырех дочерей…»

Тамаре Анатольевне Клениной – 66 лет, семь лет назад приехала в Вологду из узбекского Ташкента. Купила полуразрушенную избушку на окраине – в Ботаническом переулке. С детьми отстроила его, превратила в уютный жилой дом. Двое взрослых детей, трое внуков. Казалось бы, что еще нужно? Живи и радуйся!

– Родилась я в большой семье, нас у мамы было шестеро, – рассказывает Кленина. – Профессия моя – повар, люблю готовить. Неожиданно поняла: хочется научить еще кого-то поварскому делу, ведь оно такое нужное и прекрасное! Я – человек верующий и всегда мечтала построить церковь. Но поняла: не по силам. И пришло другое решение: зато могу построить семью! 

На такой шаг вдохновила соседка по улице Валентина Анатольевна Бабич. Она вырастила 12 приемных детей и продолжает растить – уже других. У нее так же, как и у меня, свой дом. Но главное – прекрасный контакт с детьми – такой талант от природы! Наверное, Валентина их просто любит. Она завела корову, с приемными детьми косит траву, вместе ухаживают и за курами, гусями. Корова недавно родила теленка. 
Сейчас у 65-летней Валентины пятеро приемных, хотя и своих детей трое. Однажды она сказала мне: «Тамара, возьми детей! Ты сможешь! Жизнь заиграет по-новому!» И я взяла. Конечно, сначала была подготовка, мы  учились быть приемными родителями. И вот полгода назад у меня в доме появились четыре дочки: две Светланы, Алина и Евгения. Возраст у всех – разный, от 14 до 18 лет. Две из них – Светлана и Женя – родные сестры, их мама умерла, когда девочкам было два и четыре года. Еще одна Светочка, ей 14 лет, – инвалид, она требует к себе большого внимания, но так любит меня! Я забочусь о ней больше других, но остальные девочки это понимают и также заботятся о сестре. 

– Как вы решились? Ведь это большая ответственность, и можно ли полюбить чужого ребенка? Ведь они далеко не грудные! 

– Конечно, были сомнения, думала, что могу не справиться, все это – чужие дети. Мои родные сразу поддержали это намерение. Когда я пришла в детский дом и увидела тех девочек, сразу решила – мои! Они все мне тоже очень близки, считаю, я приобрела в уже зрелом возрасте четырех родных дочек! А это счастье! Мы делаем все вместе, забочусь обо всех. Но главное – это собственный пример, воспитание трудом. Встаю в четыре часа утра и начинаю работать. У нас немалое хозяйство. В большом доме и в большой семье и работы немало: уборка, стирка, готовка. 


За границу в прошлом году усыновлены пять сирот. Все отправились в Италию.


– Как девочки ладят меж собой? А вспоминают ли родных родителей?

– Они очень дружат, секретов нет ни от кого.  Возможно, в душе они что-то помнят, но вслух не говорим об этом. А у меня даже здоровья прибавилось! Вижу, как они оттаивают, я принесла им счастье. Не представляю, как бы я жила сейчас без дочек, и будь благословен тот день, когда я приняла такое решение! 


Елена Рындина, директор БУ «Вологодский центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей № 2»:

– В последние годы дети становятся более непростыми, тяжелыми, и брать под опеку в семьи их сложно. Все чаще приемные родители, которые взяли малышей в два-три года, отказываются от них, когда начинаются подростковые проблемы. Каждый случай возврата мы тщательно анализируем, помогаем в сопровождении таких детей. В нашей области в каждом районе им помогают 28 сотрудников Центра сопровождения приемных семей. Ведь полюбить чужого ребенка, стать ему мамой или отцом – очень сложный и длительный процесс.

Людмила Усанова, руководитель проекта сопровождения замещающей семьи «Мы вместе» в Вологде: 

– Возвращают приемных детей в сиротское учреждение, когда умирает опекун или мы выявляем ненадлежащее отношение, или нет взаимопонимания между опекуном и ребенком. Опекунами назначают старших сестер, теток, бабушек. Особенно тяжело бабушкам: пока ребенок мал, все кажется легким и простым. Но в 13-14 лет он вырастает, у пожилых людей начинается паника: им кажется, что они отстали от жизни, чего-то не понимают. Мы приходим на помощь, ставим такие семьи на сопровождение, оказываем юридическую, медицинскую, психологическую помощь. Зачастую оказывается: страхи напрасны, просто бабушки забыли, как были мамами 35-40 лет назад. 

Ирина Полетаева. Фото из личного архива и yandex.ru