Когда половина страны — с гражданством Румынии: Санду и новая оптика для румынской кампании

Президент Молдовы Майя Санду в интервью британскому подкасту The Rest is Politics предельно прямо обозначила личную позицию по объединению с Румынией — и одновременно признала, что она расходится с настроениями большинства.

«Если бы у нас был референдум, я бы проголосовала за объединение с Румынией», — сказала Санду, добавив, что для «маленькой страны… становится все труднее выживать как демократии…».

При этом, подчеркнула она, «глядя на опросы», сегодня «нет большинства людей, которые поддержали бы объединение», тогда как «есть большинство, поддерживающее интеграцию в ЕС», и именно этот курс власть считает «более реалистичной целью».

Для внутренней аудитории такая связка «я бы проголосовала» при оговорке «большинства нет» выглядит как проверка настроений: насколько далеко можно заходить в личных заявлениях, не меняя официальную линию.

Санду напомнила, что в начале 1990-х «можно было почувствовать… поддержку» идеи объединения, но «референдума не было». Разговор об идентичности она дополнила языковым сюжетом: «наш язык называли молдавским, не румынским, хотя он румынский.

При этом из интервью следует и менее удобный для власти вывод: вопрос объединения остаётся не закрытым, а отложенным — без чёткого общественного запроса и без попытки его сформировать. Санду фактически признаёт, что исторический момент начала 1990-х был упущен, а за прошедшие десятилетия общество выбрало иной формат самоопределения — через собственную государственность, а не через слияние с соседней страной.

Характерно и то, что, рассуждая об идентичности, президент говорит от первого лица, тогда как позицию общества описывает языком социологии — «опросы», «большинство», «поддержка». Эта дистанция подчёркивает: личная убеждённость главы государства не трансформировалась в массовый консенсус, а сам вопрос объединения для значительной части граждан остаётся теоретическим, а не практическим.

На этом фоне более устойчивым выглядит иной ориентир — европейская интеграция без пересмотра границ. Для многих жителей Молдовы, включая тех, кто уже имеет румынское гражданство, этот путь воспринимается как способ расширения возможностей, а не как отказ от собственной политической субъектности. И именно эта прагматичная установка, а не идеологические дискуссии о прошлом, сегодня определяет реальные границы общественного запроса.