Художник Владимир Бжезовский: «Рисунки моего отца родители сожгли в печке»

Культура
00:08
1 521 просмотр
Мария Вернер
Фото автора
Фото автора

Жизнь каждого художника – это цепочка драматических, а то и трагических событий. Каждый из них приходит в искусство своим непростым путем.

Вот и наш герой, 56-летний Владимир Бжезовский далеко не сразу стал художником. Он и вологжанин-то всего половину жизни. Родился и до 1994 года жил в Белоруссии. Но мы не ставим себе целью пересказывать его биографию. За художника лучше всего говорят его картины. Но на днях произошло удивительное событие: художник как русский передвижник 19 века, вышел «в народ». Разместил свои работы для зрителей в библиотеке храма Николая во Владычной слободе и согласился встретиться с вологжанами, рассказать о себе и ответить на их вопросы. Сегодня такое случается нечасто. Некоторые из публики вообще впервые видели воочию настоящего художника. И задавали самые простые и сокровенные вопросы. Оказалось, что у живописца Бжезовского - своя философия.  

Художником мечтал стать еще его отец, но родители то ли не разглядели талант ребенка, то ли посчитали прихотью и баловством. И просто сожгли все его детские рисунки в печке. Казнили искусство и талант. Но вырос сын того мальчика и стал талантливым художником. Но родной Бобруйск его вдохновлял, и он уехал в России, в провинциальную тихую Вологду.   

Журналист портала «Вологда-Поиск» тоже задавал вопросы мастеру. И тезисно записал самые яркие высказывания. Вот они.   

- Художнику желательно держать кисть 24 часа в сутки. Мы должны очень убедительно обмануть зрителя. Создаем иллюзию, выстраивая глубину в  картине. Если попадаем в десятку, это будет называться шедевром, но в высоких рамках все время себя держать тяжело.

- Иногда на написание картины уходят месяцы, а то и годы. Если чувствуешь, что зашел в тупик - все! Оставляешь работу, чтобы вернуться к ней позже. А настроение у художника бывает разное, сложно бывает включиться в работу. Можно конечно, «погонять краску» по холсту. Это как с гитарой: натягиваешь-натягиваешь струны, а все равно попасть в резонанс струн сложно. Трудно иногда бывает «загнать» себя в нужное состояние. Кто-то так до конца и не находит себя, собственного языка.

- Зрителя надо уважать. Любая небрежность недопустима, мелочей нет. Если зритель ошибку и не заметит, то коллеги-художники всегда это поймут, и будет стыдно. Работа должна быть «сделала» от и до, отдаваться ей надо на 200 %. Некоторые художники вносят в работы исправления еще долго, некоторые – всю жизнь. К примеру, Репин иногда вносил правки в уже проданные работы. Я же считаю, что если работа закончена, то - уже все…

- В каждом полотне должно быть окно в некое пространство, и да: размер имеет значение! Большая работа завораживает, ты погружаешься в нее целиком. Плюс нужно еще найти композицию и выразительный язык.

- Мой отец мечтал рисовать, но его родители не оценили стремления и все его рисунки сожгли.

- Учеба художника начинается в том числе с копирования известных работ. Есть ряд работ, которые многократно копировали начинающие живописцы. Наши русские – это «Богатыри» и «Витязь на распутье» Васнецова.  Я тоже начал копировать, но моих сил хватило только на то, чтобы траву нарисовать.

- Пошел в художественную школу с одноклассником. Он-то уже давно учился, а я только два года успел захватить. Но и с этим багажом сумел поступить в художественное училище.

- В какой-то момент друг-художник позвал в Вологду, и  приехал в 1994 году. Мне рассказали, что художники в Вологде собираются в мастерских по 7-10 человек за столами и обсуждают искусство. Не поверил, что мужики сидят только с чаем. Оказалось, правда! Но сейчас общения меньше стало. Вот мне уже не хочется общаться, разговоры опустошают, сам себе кажешься сдувшимся шариком, и восстановление проходит медленнее, чем раньше. А силы нужны для творчества. Современное искусство  мне больше напоминает рассказ «про то, что хотел сказать»… 

- Портреты и людей пишу, но считаю, что люди не добавляют смысловой нагрузки в полотно. Краска должна превращаться на холсте в траву, в сыр, в стол. Иначе она просто остается краской, и зритель видит: это – краска. А вообще – все уже написано до нас! 

- Живая работа имеет свою энергетику. После трех часов в музее у меня начинают болеть плечи. Точно знаю: с иными работами нельзя жить рядом. А вот некоторые работы лечат, и это правда! 

- Мы живем в обществе, вне общества и среды художник жить не может, он подписывается ей или наоборот, она его не вдохновляет. Дома, на Родине не пишется. В Вологде – иная атмосфера. За эти годы город стал родным. Мы с женой оба – художники, на 90 процентов живем от продажи картин. А это непросто.     

Вот что написала в отзыве о встрече вологжанка Валентина Харабарина: «Картины этого художника покорили меня в интернете. Но встреча «в живую» с Бжезовским и наполненными светом, теплом яркими и радостными его картинами – это нечто другое! Владимир Валерьевич поделился своими мыслями о современном искусстве, о себе в искусстве. Жаль, что в  ближайшее время не планируется его выставок. Надеемся, что вопрос решат, и жители области смогут увидеть его картины во всем великолепии».

Главные новости Вологды за неделю