Военное детство и пророческое слово: стихи вологодского поэта Александра Романова

Александр Романов

 

Дураки потешили народ,

Хоть того не понимали сами.

И вжигались горькими глазами

В тех, кто их обидно обзовет.

Где-нибудь в деревне на краю,

Не свыкаясь ни с хулой, ни с ложью,

Жили, словно шли по бездорожью,

Каждый на особину свою.

То топорик, то пастуший кнут,

То сума, а то, бывало, дудка,

Одежонка рваная, обутка —

А они пророками идут.

Что ни скажут — все-то напрямки,

Спляшут ли, споют ли — все не к месту.

Ну, толпа и тешится... Известно,

Кой-кому по нраву дураки.

Явятся — гони, хоть не гони,

Сдуру лезут на рожон без страху,

Отдадут последнюю рубаху —

Вот какие были!.. Где ж они?

Умерли в деревне дураки

Или, может быть, переселились —

Только нету их... Скажи на милость,

До чего ж теперь умы крепки!

 

Александр Романов был еще школьником, когда началась Великая Отечественная война. Хотя поэт не был участником боевых действий, он, потеряв в военные годы своего отца, который погиб на фронте, часто обращался к теме войны и писал о том, как важно ценить мирное время.

Через свое творчество Александр Романов отдал дань уважения защитникам Родины, а также показал, что такое настоящая любовь к Отчизне. В стихах вологодского поэта отображены его доскональные знания о природе здешних мест, а также бытовой и духовно-нравственной жизни наших земляков, что характеризует Романова как подлинного патриота, который не просто говорит о своей любви к России, но и рисует полную, выразительную картину своего глубокого чувства.

В приведенном стихотворении Александр Романов поднимает вопрос о роли поэтов. При этом стихи почти лишены возвышенного пафоса. Напротив, автор занижает образы. Его персонажи сами не понимают, что над ними потешаются. Они одеты во рванье, довольно четко характеризует этих людей и пастушья атрибутика. Хотя автор не допускает прямого сравнения со скоморохами, он явно обращается к русской смеховой культуре: персонажи стихотворения пляшут и поют не к месту, выглядят дураками, толпа над ними тешится. На сходство с паяцами указывает и наличие у них музыкальных инструментов.

Несмотря на шутовской символизм, глаза этих людей полны горечи, сами они непримиримы, бесстрашны, необузданны и прямы в высказываниях. Они вынуждены скитаться по бездорожью, но не утратили щедрости. Они готовы отдать последнюю рубаху нуждающемуся. Поэт возвышает их, называя пророками.